Битва за Аламо
Основной конфликт: Техасская революция
«Падение Аламо» (картина Роберта Ондердонка)
«Падение Аламо» (картина Роберта Ондердонка)
Дата 23 февраля6 марта 1836
Место Сан-Антонио-де-Бехар,
штат Техас, США
Итог Победа Мексики
Противники
Flag of Mexico (1823-1864, 1867-1893).svg
Мексика
Flag of the Republic of Texas (1836–1839).svg
Техасская республика
Командующие

Антонио Лопес де Санта-Анна

полковник Джеймс Боуи
полковник Уильям Тревис

Силы сторон

1800[1]

182—260

Потери

400—600 убитых и раненых

182—257 убитых

Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе


Би́тва за А́ламо (англ. Battle of the Alamo, исп. Batalla de El Álamo, 23 февраля — 6 марта 1836) — самая известная битва Техасской революции. После того как повстанческая армия техасских поселенцев[~ 1] и авантюристов, прибывших из Соединённых Штатов, выдворила все мексиканские войска из Мексиканского Техаса, президент Мексики Антонио Лопес де Санта-Анна возглавил вторжение, стремясь вернуть контроль над областью. 23 февраля мексиканские войска вошли в Бехар и осадили техасский гарнизон в миссии Аламо.

Ранним утром 6 марта мексиканская армия пошла на штурм Аламо. Техасцы (численность которых неизвестна) отразили две атаки, но не смогли отбить третью. Когда мексиканцы взобрались на стены, большая часть техасских солдат отступила к двухэтажному каменному зданию[~ 2] или к часовне. Несколько мелких изолированных групп повстанцев, которые не успели достичь казарм и пытались спастись бегством, были истреблены за стенами ждавшей их мексиканской кавалерией. Мексиканские солдаты брали с боем комнату за комнатой и вскоре установили контроль над Аламо. Пятеро или семеро техасцев сдались, но были незамедлительно казнены по приказу Санта-Анны. Большинство очевидцев события оценивают количество убитых техасцев от 182 до 257 человек, в то время как большинство историков оценивает мексиканские потери в 400—600 ранеными и убитыми. Из бойцов техасского гарнизона, участвовавших в битве, выжили только двое. Мексиканцы сохранили жизнь чернокожему рабу Джо и дезертиру мексиканской армии Бригидо Герреро, сумевшему убедить солдат, что он находился в заключении. Женщины и дети, прежде всего, члены семей техасских солдат, были допрошены Санта-Анной и затем отпущены.

По приказу Санта-Анны трое из выживших были посланы в Гонсалес, чтобы донести известие о разгроме техасцев. После получения новости Сэм Хьюстон, командующий техасской армией, отдал приказ к отступлению. Множество граждан (включая членов техасского правительства) бежало от мексиканской армии на восток (событие, известное под названием Бедовой дороги). Новости о разгроме в Аламо побудили многих техасских колонистов присоединиться к армии Хьюстона. В полдень 21 апреля техасская армия атаковала силы Санта-Анны в битве при Сан-Хасинто. Во время сражения многие техасцы кричали: «Помни Аламо!». Санта-Анна был захвачен в плен и был вынужден отдать приказ о выводе своих войск из Техаса, тем самым покончив с мексиканским контролем над областью, которая впоследствии превратилась в Техасскую республику.

24 марта начали составлять список техасцев, павших в битве за Аламо. Первое исследование было опубликовано в 1843 году, но серьёзное изучение битвы началось только в 1931 году с опубликования диссертации Амелии У. Уильямс, в которой делалась попытка установить личности всех техасцев, погибших в Аламо. Первая полноформатная нехудожественная историческая книга о битве была опубликована в 1948 году. На экране битва впервые появилась в 1911 году в немом фильме «Бессмертный Аламо», с этого времени вышло множество других кинопостановок, включая и фильм, снятый Джоном Уэйном. Церковь в Аламо была утверждена официальной часовней штата Техас, должность постоянных смотрителей возложили на «дочерей республики Техас».

Предыстория

План Аламо.
Схема 1836 года. Часть официального мексиканского рапорта о захвате Аламо.

В 1835 году сторонники устройства Мексики на принципах федерализма начали восстание против усиливающейся диктатуры режима президента Антонио Лопеса де Санта-Анны[3]. В октябре поселенцы Мексиканского Техаса подняли вооружённый мятеж против мексиканского правительства[4]. Санта-Анна незамедлительно начал подготовку к вторжению в Техас, чтобы покончить с Техасской революцией[5]. Силы вторжения, называемые Армией действий в Техасе, состояли в первую очередь из неопытных рекрутов[6], призывников и каторжников[7].

В то время как Санта-Анна собирал свои войска в Мексике, техасцы громили расквартированные в Техасе мексиканские гарнизоны. После сдачи Бехара 9 декабря зятем Санта-Анны генералом Мартином Перфекто де Косом, в Техасе больше не осталось мексиканских сил[4]. Многие техасские поселенцы дезертировали из техасской армии, поскольку они не были готовы к длительной кампании. Со времени сдачи Бехара в техасской армии стало много солдат, недавно прибывших в область, главным образом, авантюристов из Соединённых Штатов. По мнению историка Элвина Барра, их присутствие «склонило мексиканцев к выводам, что техасское сопротивление подогревается внешними силами»[8].

Разгневанный мыслью об американском вмешательстве в мексиканские дела, Санта-Анна приказал мексиканскому конгрессу уполномочить армию обращаться с любыми иностранцами, воюющими в Техасе, как с разбойниками. Это решение означало запрет брать пленных, так как по законам того времени захваченные в плен разбойники подлежали немедленной казни[9]. Санта-Анна повторил это в весьма сильных выражениях в письме, направленному американскому президенту Эндрю Джексону. Письмо не было известно значительному числу людей и, скорее всего, большинство американских добровольцев, служивших в техасской армии, ничего не знали о решении конгресса[10].

Антонио Лопес де Санта-Анна

Когда мексиканские войска генерала Коса покинули Бехар (ныне Сан-Антонио, Техас), техасские солдаты оставили гарнизон в миссии Аламо, бывшем аванпосте католической миссии, использовавшемся в то время как временный форт[11]. Описанный Санта-Анной как «временная крепость, вряд ли достойная отдельного названия»[11], Аламо был построен для защиты от набегов индейских племён, не имеющих артиллерии[12]. Крепостной комплекс занимал площадь в три акра (1,2 га), окружённые 400-метровым защищённым периметром[13]. Внутренняя площадь была ограничена часовней с севера и единственной постройкой, известной как Нижние казармы, с юга[14]. Эти два здания разделял деревянный частокол[15]. На восточной части площади, простирающейся на север до часовни, стояли Длинные казармы — бывший женский монастырь[14]. В северном углу восточной стены был оборудован загон для скота, между ним и площадью был загон для лошадей[16]. Стены, окружавшие комплекс, были, по меньшей мере, шириной в 0,84 метра и высотой в 2,7-3,7 метра[17][~ 3].

Техасский инженер Грин Б. Джеймсон внёс ряд усовершенствований в оборонительную систему[19]. Для того, чтобы компенсировать недостаток бойниц, он построил подмостки, позволяющие защитникам стрелять поверх стен, этот метод, однако, оставлял стрелков без прикрытия[13]. Отступившие мексиканские войска бросили 19 орудий, включая одно 18-фунтовое. Эти пушки Джеймсон разместил вдоль стен. Он похвастался перед командующим техасской армией Сэмом Хьюстоном, что «с нашей артиллерией техасцы могут защищаться против сил, в десять раз их превосходящих»[20].

Джеймс Боуи

Материальное обеспечение техасского гарнизона были в плачевном состоянии, не хватало солдат. К 6 января 1836 года их осталось всего около сотни[21]. Исполняющий обязанности командующего Аламо полковник Джеймс С. Нейл писал временному правительству: «Даже если здесь когда-то был хотя бы один доллар, мне об этом было неизвестно»[22]. Нейл запрашивал дополнительные войска и снабжение, угрожая, что гарнизон не сможет выдержать осаду дольше 4 дней[21]. В техасском правительстве царил беспорядок, никто не мог оказать помощи[19][~ 4]. Только командовать техасской армией вызвались сразу четыре разных человека[~ 5]. 14 января Нейл обратился непосредственно к Хьюстону с просьбой помочь собрать снаряжение, одежду и обеспечить снабжение[19].

Уильям Тревис
Дэви Крокетт

Подготовка к осаде

Понимая, что техасцам будет сложно удержать Аламо, Хьюстон приказал полковнику Джеймсу Боуи забрать орудия и разрушить крепостной комплекс[19]. Прибыв туда, Боуи убедился в нехватке тяглового скота, что делало невозможным перевозку орудий. Нейл не разделял идею об отступлении и убеждал Боуи в стратегической важности крепости[25]. В письме губернатору Генри Смиту Боуи доказывал что «спасение Техаса в большой мере зависит от освобождения Бехара из-под контроля неприятеля. Он служит как передовой защитный пикет и, если им овладеет Санта-Анна, у нас не останется ни одного укреплённого пункта, чтобы остановить врага на его пути к Сабину»[26][27]. Письмо к Смиту кончалось словами: «Полковник Нейл и я дали торжественное обещание, что мы скорее погибнем в этих стенах, чем сдадим их неприятелю»[26]. Боуи также написал временному правительству, запрашивая «людей, денег, винтовки и орудийный порох»[26]. Смит отправил на помощь кавалерийского офицера Уильяма Б. Тревиса, который 3 февраля прибыл в Бехар с 30 людьми. Пятью днями позже прибыл Дэви Крокетт[28].

11 февраля Нейл покинул Аламо, предположительно для набора дополнительных подкреплений и обеспечения снабжения гарнизона[29]. Он передал командование Тревису, как старшему по званию офицеру регулярной армии из оставшихся в крепости[26]. Однако большинство гарнизона состояло из добровольцев, которые не соглашались признать его в качестве командира[~ 6]. Вместо этого они выбрали своим командиром Боуи, у которого была репутация свирепого бойца. Боуи отметил своё избрание обширной пьянкой и буквально опустошил Бехар. Однако, чувствуя приближение болезни, он согласился разделить командование с Тревисом[20][29][30].

Техасцам было неизвестно, что Санта-Анна уже год готовился к вторжению[31]. В конце декабря мексиканская Армия действий в Техасе начала марш на север[32], 12 февраля они пересекли Рио-Гранде[33]. Продвижение мексиканцев замедлилось, и рационы начали уменьшаться[34]. Температура воздуха в Техасе достигла рекордно низких отметок, 13 февраля выпал снег, глубина его достигла 38-41 см. Переохлаждение, дизентерия, набеги отрядов команчей нанесли большой урон мексиканской армии[35].

Утром 16 февраля жители Бехара предупредили техасцев о приближении мексиканской армии[36]. Тревис пренебрёг этими сообщениями, решив, что это слухи[37]. 21 февраля Санта-Анна вместе с авангардом достиг берегов реки Медины в 40 км от Бехара[38][39]. Не зная, что противник уже так близко, почти весь гарнизон Аламо присоединился к жителям Бехара, отмечающим день рождения Джорджа Вашингтона 22 февраля[40]. Санта-Анна узнал о намечающемся празднике и послал генерала Хоакина Рамиреса-и-Сесму захватить незащищённый Аламо, однако внезапно хлынувший дождь остановил эту операцию[39].

Осада

Установление блокады

Ответ Хосе Бартреса техасскому эмиссару на запрос об условиях почётной капитуляции:

Доношу до вашего сведения, что в соответствии с приказом Его Превосходительства, мексиканская армия не может заключать никаких соглашений с иностранными повстанцами, они не могут обращаться за помощью, и если они хотят спасти свои жизни, то они должны отправиться в расположение верховного правительства. Только от него они могут ожидать пощады, после рассмотрения их дел[41].

запись в журнале Хуана Альмонте

В отличие от Тревиса, население Бехара полагало, что мексиканская армия всё равно появится. К 23 февраля жители разъехались, город опустел. Тревис поставил одного из своих солдат в наблюдение на колокольную башню церкви Сан-Фернандо. Несколько часов спустя он послал нескольких разведчиков обследовать местность вокруг. В 2,4 км от города они обнаружили мексиканские войска и быстро вернулись в город[40]. Гарнизон был совершенно не готов к наступлению мексиканской армии[42]. Техасцы быстро согнали скот в Аламо и обшарили несколько недавно покинутых домов в поисках пищи[43]. Несколько членов гарнизона в целях безопасности перевели свои семьи в Аламо. Среди них был Алмарон Дикинсон, который привёл в форт свою жену Сюзанну и дочь Анжелину, и Боуи, приведший кузин своей покойной жены — Гертруду Наварро и Хуану Наварро Олсбёри с маленьким сыном Олсбёри[44].

Тревис незамедлительно отправил курьеров в Гонсалес и Голиад с просьбами о помощи[45]. После полудня в Бехар вошли 1500 мексиканских военных. Они немедленно подняли флаг кроваво-красного цвета, тем самым показывая, что пощады не будет[45][46]. Тревис в ответ выстрелил из самой большой пушки Аламо[45]. Решив, что Тревис поспешил, Боуи послал Джеймсона на встречу с Санта-Анной[41]. Недовольный единоличным решением Боуи, Тревис послал собственного эмиссара[47]. Техасские эмиссары встретились с полковником Хуаном Альмонте и Хосе Бартресом. Согласно записям Альмонте, техасцы спросили о почётных условиях сдачи, но им сказали, что любая капитуляция должна быть безоговорочной[41]. Узнав об этом, Боуи и Тревис сообща решили снова выстрелить из орудия[47][~ 7].

Первая ночь осады прошла относительно спокойно. Мексиканская кавалерия разместилась к северу и востоку от Аламо, чтобы пресечь прибытие техасских подкреплений[49]. На следующий день прибыло свыше 600 человек[50]. Это позволило Санта-Анне поставить роту к востоку от Аламо у дороги на Гонсалес[51]. Ещё через день Санта-Анна разместил 800 драгун с Альмонте вдоль дороги на Голиад для перехвата ожидаемых техасских подкреплений[52].

В течение первых дней осады мексиканские солдаты устанавливали артиллерийские батареи, сначала в 300 метрах от южной и восточной стен Аламо[53]. Третью батарею поставили юго-восточнее форта. Каждую ночь батареи постепенно приближались к стенам Аламо[51].

Стычки

Мексиканская армия вела постоянный артиллерийский обстрел. В течение первой недели осады на площадь Аламо упало свыше 200 орудийных снарядов. Техасцы часто подбирали упавшие ядра и повторно их использовали[54]. Сначала техасцы состязались в огне с мексиканскими артиллеристами, но 26 февраля Тревис приказал артиллеристам беречь порох и снаряды[55].

Первой жертвой осады стал мексиканский разведчик, убитый техасцами 24 февраля[56]. На следующее утро 200—300 мексиканских солдат перешли реку Сан-Антонио и укрылись в покинутых хижинах у стен Аламо[57][58]. Несколько техасцев отважились на вылазку[58], чтобы сжечь хижины под прикрытием огня своих товарищей в Аламо[59][60]. После двухчасового боя мексиканские войска отступили обратно в Бехар[51][60]. Мексиканцы потеряли двоих убитыми и четверых ранеными[51]. Ни один техасец не пострадал[61].

Вечером подул северный ветер, температура упала до 4 °C[55]. Обе армии оказались не готовы к этой перемене погоды[62]. Несколько техасцев вышли на вылазку, чтобы собрать дрова, но вернулись с пустыми руками, наткнувшись на мексиканских солдат[55]. Вечером 26 февраля техасцы сожгли несколько хижин[63]. Санта-Анна послал полковника Хуана Брингаса атаковать техасцев, и, согласно Эдмондсону, один техасец был убит[64].

Передвижения техасских войск

Я решил держаться как можно дольше и погибнуть как солдат, который никогда не забывает, что значит собственная честь и его страна. ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ

Внезапное появление мексиканской армии застало нескольких техасцев за пределами форта. Многие и не пытались пробраться сквозь мексиканские линии[66], но были и обратные примеры. Так, ночью 23 февраля, Грегорио Эспарса и его семья пролезли через окно в часовне Аламо, чтобы присоединиться к техасцам[67]. В среду, 24 февраля, болезнь окончательно свалила Боуи[68] и Тревис остался единоличным командиром гарнизона[68]. В полдень Тревис написал письмо, адресованное народу Техаса и всем американцам мира, которое по мнению историка Мэри Деборы Птит (Mary Deborah Petite) «считается многими одним из образцов американского патриотизма»[69]. Копии письма были распространены по всему Техасу[70], по Соединённым Штатам и большей части Европы[56].

Тревис послал многочисленные письма с призывами о помощи[71]. Новости об осаде разнеслись по колониям, и поселенцы собрались в Гонсалесе, ожидая, когда полковник Джеймс Фэннин, командир другого техасского гарнизона, приведёт дополнительные войска[72]. Часть самых нетерпеливых начала марш на Бехар 27 февраля[73]. Той же ночью Тревис послал Сэмюеля Г. Бастиана «поторопить подкрепления»[73]. В исследованиях историка Томаса Рикса Линдлея указывается, что Бастиан вскоре нашёл группу из Гонсалеса и повёл их в Аламо[74]. Но в пути их атаковал мексиканский патруль, заставив вернуться назад четверых добровольцев, включая Бастиана[~ 8]. 32 оставшихся добровольца подошли к Аламо, но в темноте защитники приняли их за мексиканских солдат и открыли по ним огонь, ранив одного добровольца. Услышав его ругань на английском языке, защитники открыли ворота[~ 9][75].

Поколебавшись несколько дней, Фэннин в конечном итоге решил оказать помощь Аламо. Утром 26 февраля он повёл 320 человек, 4 орудия и несколько повозок с припасами в 140-километровый марш от Голиада до Аламо. К концу дня они прошли всего около двух километров[76][77]. На следующий день группа вернулась в Пресидио-ла-Байя. Фэннин обвинил в отступлении своих офицеров, заявив, что они потребовали прекращения марша после получения сведений о движении на Голиад армии генерала Урреа[78]. Офицеры и солдаты, участвовавшие в марше, утверждали, что решение о прекращении марша было единоличным решением Фэннина[79].

По исследованиям Линдлея, после отмены марша Фэннином больше полусотни человек, большинство из которых принадлежали к роте «Новоорлеанских Серых» (англ. New Orleans Greys), вышли из Голиада на помощь своим товарищам, осаждённым в Аламо[80]. 3 марта эти люди присоединилась к группе, ожидавшей Фэннина в Сиболо-крик[81]. После прибытия мексиканских подкреплений Тревис отправил троих людей, включая Дэви Крокетта, на поиски отряда Фэннина, который, как предполагалось, должен был быть на марше[~ 10][82]. Крокетт доехал до Сиболо-крик и нашёл там техасский отряд, расположившийся в 32 км от Аламо. Перед рассветом 4 марта часть техасцев прорвалась через мексиканские порядки и вошла в Аламо. Вторая группа была рассеяна по прерии мексиканскими солдатами[83] в ходе оборонительного ночного боя, согласно докладу в журнале Альмонте[84].

Подготовка к штурму

3 марта техасцы увидели из-за стен на центральной площади Бехара примерно тысячу мексиканцев в нарядных мундирах, пришедших на помощь Санта-Анне. Полдня мексиканская армия шумно отмечала прибытие подкреплений и новости о победе, которую по слухам одержал генерал Хосе де Урреа над техасским полковником Фрэнком У. Джонсоном в битве при Сан-Патрисио 27 февраля[85]. Большинство техасцев ошибочно полагало, что осадные войска под Аламо возглавлял Сесма и что сейчас мексиканцы отмечают прибытие самого Санта-Анны. С приходом подкреплений численность мексиканских войск под Аламо дошла до 2400 человек[86].

4 марта, на следующий день после прихода подкреплений, Санта-Анна созвал своих старших офицеров на совет и предложил штурмовать форт. Большинство участников совета рекомендовало подождать прибытия двух двенадцатифунтовых (5,4 кг) орудий, которое ожидалось 7 марта. Местная жительница (возможно это была Хуана Наварро Олсбёри) явилась к Санта-Анне этим вечером и попыталась договориться с ним о сдаче защитников Аламо[87]. По мнению многих историков этот визит и подогрел нетерпение Санта-Анны. Как заметил историк Тимоти Тодиш: «Бескровная победа могла принести лишь небольшую славу»[88]. На следующее утро Санта-Анна объявил своим помощникам, что штурм состоится ранним утром 6 марта[88].

Этим вечером стены Аламо покинул последний курьер — Джеймс Аллен. Он нёс личные послания Тревиса и нескольких других техасцев[89]. Легенда гласит, что 5 марта Тревис собрал своих людей и объяснил им, что атака будет скоро и победит мексиканская армия. Он якобы прочертил линию на песке и предложил тем, кто собирается умереть за Техас, переступить линию и встать рядом с ним. Прикованный к постели Боуи попросил Крокетта и нескольких техасцев перенести его кровать через линию. За линией остался только один человек — Луис «Мозес» Роуз. Объяснив товарищам, что он ещё не готов умереть за Техас, Роуз дезертировал этим же вечером. Этот эпизод был впервые упомянут спустя тридцать пять лет в газетной статье, при этом её автор ссылался на воспоминания собственных родителей, беседовавших с Роузом[90]. Позднее репортёр посчитал некоторые части опубликованной статьи приукрашенными, но Роуз к тому времени уже умер и проверить подлинность истории было невозможно[91]. Пережившие штурм Аламо Сюзанна Дикинсон и Энрике Эспарса подтвердили, что случай с линией имел место, однако многие детали истории противоречат друг другу[92].

В 10 часов вечера мексиканская артиллерия прекратила обстрел. Санта-Анна планировал, что измученные техасцы вскоре погрузятся в свой первый спокойный сон, которого у них не было уже много дней с начала осады[93].

Картина 1844 года, иллюстрирующая начальную фазу штурма крепости

Штурм миссии

Бой за стенами

После полуночи 6 марта мексиканская армия начала готовиться к последнему штурму[94]. Войска были разбиты на 4 колонны, под командой генерала Коса, полковников Франсиско Дуке, Хосе Марии Ромеро и Хуана Моралеса[95]. Санта-Анна наблюдал за резервом, пока мексиканская кавалерия рассредотачивалась вокруг Аламо для перехвата бегущих техасцев и мексиканских солдат[96][97]. Несмотря на жестокий холод солдатам было приказано снять шинели, которые могли сковать их движения[96]. Луна ушла за тучи, это скрывало передвижения солдат[98].

В 5:30 утра Санта-Анна отдал приказ к наступлению. Войска тихо двинулись вперёд, ветераны были поставлены по краям колонн для лучшего надзора за новобранцами в середине. Кос и его люди наступали на северо-западный угол Аламо[99], в то время как Дуке вёл своих солдат с северо-запада на северную стену форта[100]. Колонна Ромеро двигалась на восточную стену, целью колонны Моралеса был низкий парапет у часовни. Впереди каждой колонны двигались лёгкие пехотинцы, целью которых было «прострелить любую голову, высунувшуюся из-за стен»[100]. Трое техасских часовых на постах за стенами были убиты во сне[100][101].

Тишину вскоре нарушили крики: «Да здравствует Санта-Анна!» (исп. ¡Viva Santa Anna!) и звуки горнов[94]. Техасцы проснулись и поспешили занять свои посты[101]. На пути к своему посту Тревис кричал: «Давайте, мальчики, мексиканцы перед нами, мы устроим им ад!»[100], пробегая через группу теханос — «¡No rendirse, muchachos!» (рус. «Не сдавайтесь, мальчики!»)[93]. Большинство гражданских, опасаясь за свою безопасность, собралось в ризнице церкви[102]. К этому времени мексиканцы были уже на расстоянии мушкетного выстрела[100].

В первые минуты боя мексиканские войска оказались в невыгодном положении. Колонный порядок позволял стрелять без опасности для товарищей только первым рядам солдат[103]. Неподготовленные рекруты, не понимая этого, «слепо стреляли из своего оружия, раня и убивая своих товарищей впереди»[104]. Плотный строй войск представлял собой отличную цель для техасской артиллерии[103]. Не имея картечи, техасцы заряжали орудия любым металлом, который они только могли найти, включая дверные петли, гвозди, подковы, используя свои орудия как гигантские дробовики[100]. По воспоминаниям адъютанта Дуке Хосе Энрике Де ла Пеньи, «простой орудийный залп скосил половину роты стрелков из Толуки»[105]. Раненый в бедро Дуке упал с лошади и едва не был затоптан своими солдатами. Командование над его колонной поспешил принять генерал Мануэль Кастрильон[106].

Хотя передние шеренги мексиканцев дрогнули, напиравшие сзади солдаты толкали их вперёд[103]. Мексиканцы скопились под стенами, техасцам пришлось для стрельбы наклоняться вниз, из-за чего они сами попадали под выстрелы мексиканцев. Одним из первых пал Тревис, его подстрелили, когда он разряжал свой дробовик в солдат под стенами[103]. Мексиканцам удалось донести несколько лестниц до стен, однако они были весьма скверно сделаны[107]. Несколько солдат, сумевших по ним взобраться, были тут же убиты или сброшены назад[108]. Однако, когда техасцы разрядили свои заранее приготовленные винтовки, им становилось всё сложнее и сложнее заряжать их снова, чтобы опередить мексиканцев, поднимающихся на стены[106].

Мексиканские солдаты отступили и перегруппировались, но и вторая атака была отражена. На пятнадцатой минуте битвы они пошли на третий приступ[106][103]. Колонна Ромеро, наступавшая на восточную стену, подверглась орудийному обстрелу и двинулась на север, смешавшись со второй колонной Коса[106], которая также отклонилась на север, страдая от огня защитников восточной стены[107]. Санта-Анна, заметив массу своих войск у северной стены, испугался, что они разбиты, «запаниковал» и послал туда резерв[109]. Мексиканские солдаты, подошедшие к северной стене, заметили, что в ней есть множество брешей и выступов, по которым можно подняться наверх. Одним из первых, кто поднялся на 12-футовую (3,7 м) стену, был генерал Хуан Амадор, вслед за ним толпа мексиканцев полезла на стену. Амадор открыл своим людям потерну в северной стене, и мексиканцы начали проникать в крепостной комплекс[108]. Другие стали подниматься на западную стену через орудийные бойницы, у которых было мало защитников[110]. Поскольку северная стена и северный конец западной стены уже были оставлены защитниками[108][110], техасские пушкари на южном конце миссии развернули своё орудие на север и открыли огонь по вторгшимся мексиканским солдатам. Однако южная сторона миссии осталась беззащитной. В несколько минут мексиканские солдаты взобрались на стены и перебили артиллеристов, захватив контроль над 18-фунтовым орудием Аламо[98]. В это же время люди Ромеро взяли приступом восточную стену комплекса и стали проникать в крепость через загоны для скота[110].

Сражение внутри стен

Последние слова техасского защитника Алмарона Дикинсона своей жене Сюзанне, перед тем как он отправился на защиту часовни[107]:

Боже милосердный, Сью, мексиканцы внутри нашей крепости! Если они пощадят тебя, спаси моего ребёнка!

Согласно плану обороны большинство техасцев отступили к казармам и к часовне. В стенах были проделаны отверстия, через которые они могли вести огонь[107]. Защитники, находящиеся в загонах для скота, отступили в лошадиный отсек. Небольшой отряд техасцев, разрядив своё оружие, перелез через низкую стену, обогнул церковь и помчался бегом в восточную прерию, которая казалась пустой[107][111]. Мексиканская кавалерия атаковала беглецов. Алмарон Дикинсон и его артиллерийский расчёт развернули своё орудие и выстрелили в кавалеристов, возможно причинив им некоторый урон. Тем не менее, все бежавшие техасцы были убиты[112].

Техасцы на западной стене уже не могли достичь казарм и направились на запад к реке Сан-Антонио. Застигнутые атакой кавалерии, они укрылись в канаве и начали отстреливаться. Сесма отправил коннице подкрепления и техасцы были окончательно добиты. Сесма доложил, что в стычке участвовало 50 техасцев, но Эдмондсон полагает, что это число завышено[113].

Последней группой, оставшейся на открытом месте, были Крокетт и его люди, защищавшие низкую стену впереди церкви. Они уже не успевали перезарядить оружие и использовали свои винтовки как дубинки, отбивались ножами. Мексиканские солдаты дали по ним залп и добили их штыками[113]. Теперь мексиканская армия контролировала все стены и форт Аламо, исключая церковь и комнаты вдоль западной и восточной стен[114]. Внимание мексиканцев переключилось на техасский флаг, развевающийся над крышей одного здания. Четверо солдат были убиты во время подъёма там мексиканского флага[115][~ 11].

Перед тем как мексиканская армия установила полный контроль над Аламо, прошёл час[116]. Множество оставшихся в живых защитников миссии забаррикадировалось в помещениях казарм[117]. К несчастью для себя, техасцы не заклепали свои орудия перед отступлением и теперь мексиканцы развернули орудия против них[108]. Каждая дверь вышибалась орудийным огнём, мексиканские солдаты стреляли залпом в темноту и бросались в рукопашную. В дневнике Де ла Пеньи отмечено, что некоторые техасцы вывешивали белые флаги в дверные проёмы, однако у них не было намерения сдаваться, они атаковали любого солдата, вошедшего в комнату, даже если он заходил не стреляя[117].

Смерть Боуи

Боуи был слишком болен, чтобы участвовать в битве. Возможно, он умер в своей постели. Очевидцы битвы давали противоречивые показания о его смерти. Некоторые свидетели утверждали, что несколько мексиканских солдат вошли в его комнату, закололи штыками и вынесли его, ещё живым, из комнаты[118]. Другие свидетели заявляют, что он застрелился или был убит солдатами, так как он был слишком слаб, чтобы даже просто поднять голову[119]. По мнению историка Уоллеса Черитона, «наиболее популярная возможно и наиболее точная версия»[120] его гибели — это смерть Боуи в его постели, «он бросился к стене и использовал свои пистолеты и свой знаменитый нож»[119].

Последними погибли 11 техасцев, стреляющих из двух 12-фунтовых пушек в часовне[115][121]. Мексиканский выстрел из 18-фунтового орудия разрушил баррикады перед церковью и мексиканские солдаты, дав залп из мушкетов, ворвались в церковь. Расчёт Дикинсона находился на апсиде и стрелял из пушки по мексиканским солдатам в дверях. У них не было времени для перезарядки, они (Дикинсон, Грегорио Эспарса и Джеймс Бонэм) взялись за свои винтовки и вели ружейный огонь, пока не были сражены мексиканскими штыками[122]. Орудийный мастер Роберт Эванс был ранен и пополз к пороховому магазину, но был добит мушкетной пулей и уронил свой факел в двух дюймах от порохового магазина[122]. Последующий взрыв разрушил церковь, погибли женщины и дети, укрывавшиеся в ризнице[123].

Один из сыновей защитника Энтони Вулфа стоял в ризнице, натянув на плечи одеяло[122]. Ворвавшиеся в ризницу мексиканские солдаты убили его, по ошибке приняв за взрослого[~ 12][124]. Последним техасцем, погибшим в битве, предположительно стал Якоб Уолкер[125], который пытался спрятаться за Сюзанной Дикинсон и другими женщинами и был заколот штыками[126]. Другой техасец Бригидо Герреро, дезертировавший из мексиканской армии в декабре 1835 года, также искал убежища в ризнице[122]. Ему удалось убедить мексиканских солдат, что он находился в техасском плену, и они пощадили его[124][127].

В 6:30 утра битва за Аламо была закончена[126]. Мексиканские солдаты осмотрели каждый труп, закалывая любого, кто шевелился[124]. Мексиканцы продолжали стрелять и после гибели всех техасцев, по ошибке убивая друг друга. Мексиканские генералы не могли обуздать кровожадность своих солдат и запросили помощь Санта-Анны. Его появление также не остановило продолжающееся насилие, горнисты подали сигнал к отступлению. 15 минут спустя солдаты всё ещё продолжали стрелять по трупам[128].

После битвы

Потери

Согласно многим боевым отчётам от пяти до семи техасцев сдались[129][130]. Разгневанный игнорированием своих приказов Санта-Анна приказал немедленно казнить выживших[131]. Спустя недели после битвы начали циркулировать слухи, что Дэви Крокетту удалось спастись[130]. Однако бывший американский раб Бен, служивший у одного из офицеров Санта-Анны, заявил, что тело Крокетта было найдено в окружении «не менее 16 тел мексиканцев»[132]. Историки всё ещё спорят[~ 13], какая версия гибели Крокетта наиболее точная[~ 14][133].

Санта-Анна приказал вытереть лица всех трупов, чтобы точно отличить павших техасцев от павших мексиканцев[128]. По воспоминаниям Франсиско Руисо, предполагаемого алькальда Бехара, он был отряжён Санта-Анной опознать тела Тревиса, Боуи и Крокетта[129]. Раб Джо также был отправлен для опознания тела Тревиса[134]. После завершения процесса опознания Санта-Анна повелел обложить тела техасцев соломой и сжечь их[~ 15][134]. Было сделано только одно исключение, Франсиско Эспарсе, служившему в мексиканской армии, разрешили похоронить тело его брата Грегорио Эспарсы[134].

В первоначальном рапорте Санта-Анна заявил, что 600 техасцев было убито, мексиканские потери составили 70 убитыми и 300 ранеными[134]. Его секретарь Рамон Мартинес Каро позднее заметил, что он не хотел писать этот фальшивый рапорт, но подчинился приказу Санта-Анны[136]. Другие очевидцы считали, что погибли от 182 до 257 техасцев[137]. Некоторые техасцы полагали, что по меньшей мере одному техасцу, Генри Уорнеллу, удалось бежать с поля битвы. Уорнелл скончался через несколько месяцев после битвы от ран, полученных им во время финальной битвы, или во время его бегства с поля боя в качестве курьера[138][139].

Пепел от сожжённых тел оставался на кострищах, пока в феврале 1837 года в Бехар не вернулся Хуан Сегуин, чтобы осмотреть останки. По его указанию весь день звонили колокола собора Сан-Фернандо. Простой гроб с написанными на нём именами Тревиса, Крокетта и Боуи был заполнен пеплом с погребальных костров[140]. Согласно статье от 28 марта 1937 года в Telegraph and Texas Register[141] Сегуин закопал гроб в могиле под персиковым деревом. Место погребения не было обозначено и его невозможно было установить[142]. Однако в 1899 году Сегуин заявил, что он поместил гроб перед алтарём собора Сан-Фернандо. В июне 1936 года гроб был найден, но по версии историка Уоллеса Черитона он, возможно, и не содержит останки защитников Аламо. В гробу были найдены остатки униформ, а защитники миссии их не носили[141].

Санта-Анна, по слухам, говорил капитану Фернандо Уриззе, что битва «была небольшим делом»[143]. Другой офицер напротив отмечал, что «после другой подобной победы мы отправимся к дьяволу»[144][~ 16]. Число убитых мексиканских солдат оценивается в 60—2000, раненых в 250—300[144]. Большинство историков Аламо соглашаются, что 400—600 мексиканцев было ранено или убито[144][145][146]. Это составляет треть участников штурма, что Тодиш характеризует как «ужасающее число потерь по любым стандартам»[144]. Санта-Анна приказал похоронить мексиканских солдат на местном кладбище Кампо Санто. Руис заявил, что территория кладбища была почти заполнена и он вместо погребения бросил часть тел в реку[134]. Сэм Хьюстон напротив доложил 13 марта, что все мексиканцы были похоронены[147].

Выжившие техасцы

Сюзанна Дикинсон
фотография второй половины 19-го века

Санта-Анна пощадил нескольких техасцев, найденных в Аламо. Он освободил двух человек: Джо, раба Тревиса, и вольноотпущенника Боуи Сэма, потому что надеялся, что такой акт милосердия склонит других техасских рабов на сторону мексиканского правительства[148]. 7 марта Санта-Анна отдельно допросил каждого выжившего из Аламо. Впечатлённый Сюзанной Дикинсон Санта-Анна предложил удочерить её осиротевшую дочь и дать ей образование в Мехико. Сюзанна отвергла это предложение. Хуане Наварро Олсбёри, у которой был сын такого же возраста, Санта-Анна подобных предложений не делал[144]. Каждая женщина получила одеяло и два серебряных песо[149]. Женщинам теханос было позволено вернуться в свои дома в Бехаре. Сюзанну с дочерью и Джо отправили в Гонсалес с Беном в качестве эскорта[144]. Перед их отправкой Санта-Анна приказал провести военный смотр и парад[150], в надежде на то, что Джой и Сюзанна доставят предупреждение оставшимся техасским войскам, что мексиканская армия непобедима[144].

Воздействие на революцию

В последние часы битвы новое временное правительство Техаса получило депешу Тревиса от 3 марта. Не зная о падении форта, делегат Роберт Поттер призвал закончить совет и немедленно двигаться на помощь Аламо. Сэм Хьюстон убедил делегатов конвенции остаться в Вашингтоне-на-Бразосе для разработки Конституции[~ 17]. После того, как Хьюстон снова был назначен главнокомандующим всеми техасскими силами, он отправился в Гонсалес, чтобы принять команду над 400 добровольцами, которые собрались идти на помощь Аламо[151]. Вскоре после его прибытия 11 марта Андрес Барсенас и Ансельмо Бергарас прибыли доложить о падении Аламо и истреблении всех его защитников[152]. Надеясь пресечь панику, Хьюстон арестовал их как вражеских шпионов. К концу дня в Гонсалес прибыли Сюзанна Дикинсон и Джо[153]. Выслушав их, Хьюстон призвал всё гражданское население региона эвакуироваться и приказал армии отступать[154]. Началось массовое бегство техасцев из английских поселений, даже правительство двинулось на восток[155].

Несмотря на свои потери при штурме Аламо мексиканская армия превосходила техасскую армию в соотношении 6 к 1[156]. Санта-Анна посчитал, что всё техасское сопротивление сокрушено[157], и техасские солдаты поспешно покидают область[158]. Однако на самом деле произошёл обратный эффект, люди стекались в армию Хьюстона[157]. New York Post отметила в передовице, что «Если бы Санта-Анна обошёлся с побеждёнными с умеренностью и великодушием, то было бы нетрудно пробудить симпатию народа Техаса, который сейчас пришёл в действие с горячей и смелой душой, чтобы помочь своим братьям»[159].

В полдень 21 апреля техасская армия атаковала лагерь Санта-Анны у переправы Линчбург. Мексиканская армия была застигнута врасплох и битва при Сан-Хасинто закончилась через 18 минут. Во время битвы многие техасцы кричали «Помни Аламо!»[160] Санта-Анна был захвачен на следующий день, и, по слухам, сказал Хьюстону: «Этот человек может считать себя рождённым не для того, чтобы разделить судьбу тех, кого покорил Наполеон Запада[~ 18]. И сейчас ему остаётся быть великодушным к побеждённым»[161]. Хьюстон ответил: «Вам следовало бы вспомнить это под Аламо»[161]. Санта-Анна был вынужден вывести свои войска из Техаса, покончив с мексиканским контролем над провинцией и придав некоторую легитимность новообразованной Техасской республике[161].

Память

Полудолларовая монета, выпущенная к столетнему юбилею битвы
Гроб с прахом защитников Аламо

В Мексике восприятие битвы часто отражает взгляд Санта-Анны[162]. Многие мексиканские офицеры-участники битвы оставили мемуары, но большинство из них написаны лишь десятилетия спустя[163]. Санта-Анна был опозорен тем, что он попал в плен под Сан-Хасинто, и многие мемуары и отчёты о битве написаны людьми, которые были или стали его критиками. Петит (Petite) и многие другие историки полагают, что многие истории, наподобие казни Крокетта, были выдуманы, чтобы ещё более дискредитировать Санта-Анну[133]. В мексиканской истории Техасскую кампанию, включая битву за Аламо, вскоре затмила мексикано-американская война 1840-х[162].

В Сан-Антонио-де-Бехар теханос, составлявшие большинство населения, считали комплекс Аламо не только местом битвы, он много десятилетий служил как миссия, госпиталь и военный пост[164]. С ростом англоязычного населения значение памяти о битве стало расти. Главное внимание было уделено техасским защитникам, небольшой акцент был сделан и на теханос, служивших в техасской армии во время боёв с мексиканской армией[165]. Техасское законодательное собрание приобрело Аламо в собственность штата и учредило организацию «Дочерей республики Техас», как постоянных хранителей[166], часовня стала официальным местом поклонения, посвящённым техасским защитникам[167]. К столетнему юбилею битвы перед церковью в центре Аламо-плаза был установлен кенотаф по проекту Помпео Коппини, увековечивающий память техасцев и теханос, павших в битве[168]. Исследователь Билл Гронеман в своей книге «Поля битв Техаса» отмечает: «Аламо стал наиболее популярной туристической достопримечательностью в Техасе»[167].

Первые истории о битве были написаны и опубликованы техасским рейнджером и историком-любителем Джоном Генри Брауном[169]. Следующим большим трудом о битве стало «Падение Аламо» Ройбена Поттера, опубликованное в The Magazine of American History в 1878 году. Работа Поттера была основана на интервью с многими живыми мексиканскими участниками битвы[163][169]. Первая полноформатая нехудожественная книга, описывающая битву, — «Аламо» Джона Майерса — была опубликована в 1948 году.

Про битву также было написано немало песен. В 1955 году песня теннесийца Эрни Форда «Баллада о Дэви Крокетте» пробыла 16 недель в списке самых популярных местных песен под номером 4[170]. В 1960 году Марти Роббинс записал версию песни «Баллада об Аламо», которая провела 13 недель в списке поп-хитов под номером 34[171].

Именами защитников Аламо названы 13 округов штата и несколько городов.

В кино

Согласно Тодишу, «мало сомнений в том, что мнение большинства американцев о битве сформировалось не из книг, а из большого числа фильмов о битве»[172]. Первая киноверсия битвы появилась в 1911 году, когда Уильям Хэддок снял фильм «Бессмертный Аламо»[173]. Битва приобрела большую популярность после выпуска Уолтом Диснеем в 1955 году мини-сериала «Дэви Крокетт — король дикого фронтира», который в большей степени опирался на миф[173]. Несколько лет спустя Джон Уэйн снял и выпустил одну из наиболее известных (но и менее всего точных) версий фильма «Форт Аламо» (1960)[174]. В 2004 году был выпущен фильм с тем же названием. CNN описывает его как возможно «наиболее характерным фильмом, снятым по этому сюжету»[175].

Менее всего противоречит известным историческим фактам телефильм «Аламо: 13 дней славы» (Alamo: Thirteen Days to Glory), снятый в 1987 году режиссёром Бёртом Кеннеди по книге историка Лона Тинкла «13 дней до славы: Осада Аламо» (Thirteen Days to Glory: The Siege of the Alamo, 1958).

См. также