Фарао́н (др.-рус. фараонъ, ст.‑слав. фарао, от греч. Φαραώ / pharaōn[1]) — современное наименование правителей Древнего Египта. В течение большей части египетской истории оно не было официальным титулом, а возникло первоначально в эпоху Нового царства как эвфемизм, позволяющий обойтись без упоминания царского имени и перечисления официальных царских титулов, и особенно распространилось к середине I тысячелетия до н. э.[2]

Термин

pr ꜥꜣ
«Великий дом»
иероглифами
O1
O29

Греческое слово Φαραώ заимствовано из Библии (ивр.פרעה‏‎ [par‘ōh])[3]; оригинальное егип. pr ꜥꜣ [pəɾəˈʕoʔ] буквально означает «великий дом», то есть царский дворец[4]. С периода Нового царства (XVI—XI века до н. э.) название дворца стало иносказательно обозначать и самого правителя, а с X века до н. э. обрело статус одного из официальных наименований царя. В демотических текстах I тысячелетия до н. э. данным термином часто обозначали власть монарха, иногда даже иноземного[3].

В научных текстах термин «фараон» используется реже, чем в художественных произведениях и обыденном словоупотреблении, связанных с Древним Египтом[3].

История

Первые раннегосударственные образования — номы — появились в долине Нила не позднее середины IV тысячелетия до н. э. Довольно скоро в этих протогосударствах возникла неограниченная наследственная власть правителей, сочетавших функции военачальников, жрецов и руководителей хозяйства, и началось их укрупнение[5]. Правителей этой промежуточной стадии условно объединяют в «нулевую династию». После объединения Верхнего Египта и захвата царями Нармером и Миной (Менесом) Дельты Нила (XXXI век до н. э.) агрессивный военный характер этих монархий начал смягчаться. Одновременно с развитием бюрократического аппарата и переводом хозяйства в прямое подчинение монарху шла сакрализация его власти, особенно при Джосере и его преемниках. Царь стал рассматриваться как гарант благосклонности богов к стране. Начиная с IV династии, он ассоциируется уже не столько с богом Хором, сколько с богом солнца Ра, сыном которого и считается. Тогда же одна за другой были построены Великие пирамиды, олицетворявшие исключительную мощь и величие правителей того времени.[6]

С упадком Древнего царства, началом климатического кризиса XXIII—XXII вв. до н. э. и вступлением Египта в I Переходный период могущество и авторитет царей ослабли, возросло влияние и богатство знати и государственных чиновников. VIII династия утратила всеобщий контроль над страной, возникли местные независимые династии, которым не удавалось поддерживать прежний уровень общественного благосостояния.[7] Эпоха Среднего царства так полностью и не вернула египетским царям потерянного уровня власти, хотя прочно объединившая Египет и восстановившая централизованную экономику XII династия смогла даже перейти к агрессивной внешней политике. Самый активный завоеватель Сенусерт III впоследствии стал основным прототипом легендарного Сесостриса.[8] После же распада Среднего царства и завоевания Нижнего и большей части Верхнего Египта гиксосами страной стала править гиксосская XV династия, обладавшая полноценным сакральным статусом и возвысившая культ Сета.[9]

Взятие города Дапур Рамсесом II, Новое царство
nswt-bjtj —
Фараон Верхнего и
Нижнего Египта
иероглифами
sw
t
L2
t


A43A45


S1
t
S3
t


S2S4


S5

Когда фиванским правителям Камосу и Яхмосу I удалось изгнать гиксосов и основать Новое царство, Египет оказался в новом политическом положении: несмотря на продолжение завоеваний на юге и востоке, он больше не был сильнейшей державой известного египтянам мира — у него появились такие могущественные соперники, как царство Митанни, касситская Вавилония и позже Хеттское царство. В результате авторитет фараонов XVIII династии стал основываться в значительной степени на их военных успехах, в том числе личной полководческой и боевой доблести. Тем, кто их не имел (как женщина Хатшепсут и царь-миротворец Аменхотеп III), приходилось усиленно убеждать подданных в своём божественном происхождении. Несмотря на это, морально-идеологическая зависимость общества от царя уже не шла ни в какое сравнение с Древним царством; в частности, египтяне стали ценить личные (а не добытые для царя) успехи и выгоды достаточно высоко, чтобы описывать их в росписях своих гробниц.[10] К концу II тыс. до н. э. децентрализация египетского общества и экономики, рост влияния храмов и номархов закончились распадом Нового царства.

С этого времени фараоны не имели существенного влияния в регионе. Лишь некоторым из них (например, Шешонку I) удавалось объединить Египет и вмешиваться в дела соседних стран. Население и отдельные хозяйства становились всё более независимы от царя, а его сакральная роль посредника между народом и богами очень ослабла[11]. Большинство династий X—VII вв. до н. э. имели ливийское или нубийское происхождение. В 671 г. до н.э. ассирийский царь Асархаддон совершил успешное вторжение в Египет и поставил местных правителей в вассальную зависимость, однако вскоре основатель Позднего царства Псамметих I снова объединил страну и отложился от Ассирии. «Саисское возрождение» закончилось персидским завоеванием. В 525—486 гг. до н. э. фараонами Египта официально считались Ахемениды, но Ксеркс отказался от личной унии и сделал страну простой сатрапией[12]. В 332 г. до н. э. статус фараона принял Александр Македонский, а после смерти последнего он принадлежал Птолемеям, потомкам его диадоха Птолемея I. Вернуть власть национальной элите на короткое время удалось лишь Нектанебу I (380—362 гг. до н. э), фараону XXX (Себеннитской) династии, сумевшему в 374 году до н. э. отразить нашествие войск персидского царя Артаксеркса II.

Характер власти

Государственный строй Древнего Египта III—II тыс. до н.э., как и в других государствах бронзового века, представлял собой абсолютную монархию. Фигура царя была наделена солярной божественностью, он считался единственным посредником между миром людей с одной стороны и мирами богов и усопших с другой стороны[13]. Его власть не имела никаких формальных пределов: он по своему усмотрению издавал законы и распоряжения, судил, объявлял войну и мир, назначал высших чиновников и даже своего наследника[14]. Однако, в отличие от таких более поздних деспотий, как монархии Ахеменидов и Селевкидов, в Египте царь не обладал высшим морально-этическим авторитетом, его деятельность должна была направляться не на удовлетворение его собственных желаний, а на благо общества и поддержание маат, и именно этим оправдывалась его власть[15]. Так, в одной из среднеегипетских надписей приводится пословица: «царь — это пища», а надписи-самовосхваления ряда фараонов сосредоточены на их благодеяниях для страны: «Не голодали в годы правления моего, не испытывали жажду тогда, а жили в мире благодаря деяниям моим» (Аменемхет I), «Страна была очень сытой в моё правление. Делал я хорошо как богам, так и людям, и не было у меня ничего из вещей других людей» (Рамсес III)[16].

Допустимым для приближённых считалось возражать царю по частным и государственным вопросам и даже порицать его, тогда как, например, в Ахеменидском и Сасанидском Иране подобное в норме каралось смертью[17]. Существовали общепризнанные списки «плохих» фараонов: так, строители великих пирамид Хуфу (Хеопс) и Хафра (Хефрен) считались разорителями страны и нечестивцами. Горячее обличение негодного царя содержится в знаменитом «Речении Ипувера», которое веками копировалось египетскими писцами. Право на восстание в Египте в целом не признавалось, однако некоторые цари (например, Сетнахт) открыто оправдывали силовой захват власти нелегитимностью своих предшественников и необходимостью «очистить» от них трон[18]. Возникшее в I Переходный период представление о том, что будущий фараон в принципе может родиться от любой женщины, к которой снизошёл бог Ра, и впоследствии «реализовать» свою предопределённость успешным захватом власти и приведением страны к миру и порядку, создавало дополнительную возможность легитимизировать узурпацию[19][20]. Таким образом, наказанием царю, не поддерживающему маат должным образом, могло быть рождение в произвольной семье основателя новой династии[21].

Имена

Обычным же наименованием египетских правителей было выражение «принадлежащий Тростнику и Пчеле» (егип. nsw-bity), то есть соответственно Верхнему и Нижнему Египту[22], либо просто «повелитель обеих земель» (егип. nb-t3wj)[23]. Обычные тексты называют в большинстве случаев только тронные имена, тогда как все имена фараона используются в особенно торжественных надписях[24].

Со времён Среднего царства установился полный титул египетских царей, состоящий из пяти имён:

  • Хорово имя;
  • Небти-имя (егип. nb-t3wj от nbty — «две госпожи») было связано с богинями — покровительницами Египта Нехбет и Уаджит;
  • Золотое имя (золото в египетской культуре традиционно ассоциировалось с вечностью);
  • Тронное имя, или преномен (егип. nsw-bity) принималось при воцарении и часто включало ссылку на бога Ра (например, Мааткара у царицы с личным именем Хатшепсут);
  • Личное имя, или номен — давалось при рождении, в надписях предварялось титулом «сын Ра».[23]

Правители Среднего и Нового царств популярны в основном под личными именами (Тутмос, Аменхотеп, Рамсес и др.), однако ранние цари нередко известны только по Хорову имени (например, Нармер).

Атрибуты

Облачение фараона. Современная реконструкция на основе изображений в гробницах
Инсигнии Тутанхамона: скипетр и цеп, XIV век до н. э.

Царские атрибуты унаследованы от додинастического периода и частично «заимствованы» у богов[4].

  • Корона существовала во многих вариантах. Двойная корона «пшент» (с егип. «двойная власть»[4]) состояла из красной короны Нижнего Египта «дешрет» и белой короны Верхнего Египта «хеджет». Каждая из этих двух корон принадлежала также богиням, покровительствующим этим частям страны — богине-кобре Уаджит и богине-стервятнику Нехбет. Изображения Уаджит и Нехбет прикреплялись к короне спереди в виде урея. Реже надевались синяя корона хепреш (для военных походов), золотая корона хаит (для ритуальных обрядов), диадема сешед (в эпоху Древнего царства), а также другие головные уборы вроде короны хемхемет, чаще встречающиеся на изображениях богов, чем фараонов.
  • Платок (немес[4], или клафт) был обычным головным убором в Египте, однако различался по цветам в зависимости от социальной категории носящего. Царский платок, судя по имеющимся изображениям, был золотым с синими полосами. Иногда поверх него надевались урей[4] или корона.
  • Скипетр[4] (heka)[25] — короткий жезл с изогнутым верхним концом. Известен с додинастических времён и происходит, вероятно, от пастушеского посоха. Его носили не только боги и фараоны, но также и высшие чиновники[источник не указан 693 дня].
  • Цеп[4] (nekhakha)[25] обычно изображается вместе со скипетром.
  • Жезл (уас) — длинная трость с раздвоенным нижним концом и навершием в виде головы собаки или шакала, позже стилизованным.
  • Накладная бородка была символом власти и мужской силы царя, изготовлялась искусственно и подвязывалась.
  • Хвост животного (ченджит) подвешивался сзади на набедренную повязку[4].

Фараон, державший в руках жезл и кинжал, представлялся как военачальник[4].

Праздники и церемонии